Marvel: Disassemble

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: Disassemble » Прошлое » [19.02.1964] Пустяк.


[19.02.1964] Пустяк.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://s3.uploads.ru/hrLVY.jpg  http://se.uploads.ru/5Cwpc.jpg


Время:
тёмная и холодная февральская ночь

Место:
СССР
одна законспирированная квартира


Участники:
Natalia Romanova, Bucky Barnes.

Краткое описание:
Это было их очередное возвращение с миссии. Ничего особенного, впереди лишь длинная зимняя ночь, окровавленные бинты и стойкий запах медицинского спирта. Может быть, горячий и дешевый кофе. В целом... Пустяк.


рожден ануси – пустяк

+1

2

В Москве всегда холодно зимой, особенно в феврале. Морозы нещадно бьют столицу, заставляя сильнее топить печки и кутаться в теплые вещи даже дома. Но и в этом есть своя непередаваемая романтика – люди становятся ближе друг к другу, чтобы получить немного больше такого необходимого тепла. Кутаются в пуховые одеяла, грея прохладные пальцы пялами с горячим чаем. Конечно, есть иной контингент, кому плевать на морозы, потому что за пазухой всегда есть полчекушки горячительной – излюбленное русское средство для согреться. И дело не в повсеместном пьянстве, ведь за него всё ещё выгоняли с работы и бесконечно клеймили. Это лишь… Чисто национальная черта.
Нат ухмыльнулась, удобнее кутаясь в свой надежно обвязанный вокруг шеи и головы пуховый платок. Кажется, на квартире был только концентрированный спирт, имеющий два варианта применения – внутрь и наружу. Чаще, конечно, второй. Поежившись от нового порыва ветра, девушка кинула взгляд на мужчину, шедшего справа и чуть впереди. Такой же укутанный, наверняка замерзший, с кучей кровоточащих ран. Как и сама Романова. Слишком много совпадений, но, всё же вспомнив, что у них была одна миссия на двоих, количество этих самых совпадений удивляет не так сильно. К слову, миссия выполнена, притом филигранно. С ювелирной точностью. Начальство будет довольно, только бы вот не заляпать служебный рапорт кровью, как это иногда бывает. Иначе выговор.
Наталья прячет нос и сжимает пальцы в кулаки, пытаясь сохранить остатки тепла. Перед глазами больше нет лиц умерщвленных, чьи вспоротые горла обильно кровоточили и булькали почти забавно. Русская научилась справляться со своими кошмарами до их зарождения в подсознании, ведь если этого не делать, в какой-то момент они нападут разом и лишат ума. Без жалости и милосердия, каковой во время убийства была Романова. Да, справляться учат и в Красных комнатах, но не всякая шпионка способна понять, как правильно это делается. К тому же, в этом деле всё сугубо индивидуально, но есть и способ, вполне подходящий всем – обнуление.
Рыжая опускает взгляд, глядя на скрипящие от снега ботинки Зимнего Солдата. Между собой они никогда не обсуждали жертв. Лишь обменивались многозначительными взглядами, когда задание было выполнено успешно. Наташе было вполне достаточно.
Небольшая однокомнатная квартирка встречает приветливой темнотой. Проверенное временем место пока не подводило двух шпионов, что радовало. И, наверное, его можно назвать домом, хоть и неоправданно. Мысленно.
Закрыв дверь на все предусмотренные замки, Наталья включает бледно светящую лампочку и принимается неторопливо выпутываться из припорошенного снегом кокона одежды. Больно. Рассеченная кожа на лопатке и несколько глубоких царапин на ногах неожиданно дали о себе знать, стоило только теплу пройтись по телу. Саднили, ныли, горели. Облизнув машинально рассеченную губу, Романова кое-как выпуталась из шубенки и стянула с озябших ног обувь.
Мокрыми пятнами по черному костюму растеклась кровь, даже почти подсохла. Наталья невольно морщится. Охота закрыться на час в ванной комнате и оттереть всю грязь, но даже это маленькое желание невыполнимо сейчас. Если водопровод не замерз, по нему всё равно бежит ледяная вода. К такому даже русская была не готова.
Проскользнув тихо на кухню, Наташа радуется тому, что смогла зажечь газовую плиту и обнаружить полный чайник воды, который остался еще с последней совместной московской миссии.
- Джеймс, – зовет рыжеволосая, держа в руках железную коробку-аптечку и окидывая усталым взглядом еще кровоточащую рану на плече брюнета, да и всего его целиком. – Нужно зашить, сам ты не дотянешься.
Их не брала инфекция, спасибо сыворотке, но от греха подальше Романова всегда предпочитала промывать и дезинфицировать все ранения, которые вызывали подсознательное беспокойство. Разбавляла горячую и холодную воду в большой миске, брала бинты, иголки и медицинские нити, спирт. Всегда желала помочь. Почему? Да уж не только из чисто шпионской солидарности.
- Давай уже, солдат, я спать хочу, – беззлобно поторопила Романова, подставив Джеймсу табуретку и завязывая копну рыжих волос в небрежный пучок.

+2

3

Солдатская выдержка и глубокие мысли - всё, что нужно было Баки в данный момент времени. Выдержка была необходима для того, чтобы раны не подкашивали ноги, а мысли, дабы не думать о морозе, который обжигал сейчас гораздо сильнее пламени. Конечно, одними мыслями сыт не будешь и Зимний Солдат был упакован, словно особо важная посылка и у него даже было своё сопровождение. Идти было не особо удобно, но грех жаловаться, ведь помимо двух идеальных шпионов, согревающие тело изделия одежды выполняли свою работу по спасению от обморожения на удивление замечательно. Следующим шагом была ожидающая дома операция по зализыванию кровоточащих ран. Даже с подготовкой, коей обладали и Барнс, и Романова иногда приходилось получать нежелательные удары, оставляющие отметены на разных частях тела, особенно когда работаешь под прикрытием и твоей целью является даже не дюжина самых опаснейших людей в городе, а гораздо большее их количество. В конце-концов одна часть тела стабильно всегда оставалась в полном порядке, как и сам солдат, оставалась всегда также хладнокровна, убийственна и точна.
Тяжёлыми шагами вминая белые, прилетевшие с неба атмосферные осадки, Барнс продолжал движение, оставляя хрустящий звук меж домов и пустынных дворов. Ему не за что было переживать: никакого хвоста, рядом человек, которому он хоть немного, но доверяет, а до ожидающих четырёх стен, что приютят этой ночью пару загулявшихся допоздна людей, осталось буквально пара шагов. Открытая дверь и вот оно помещение, что было выделено сверху для выполнения задания. Темно, так же как и на улице, зато завывающий ветер прекратил свои атаки на лицо Барнса. Молчание было нормальным явлением сейчас. Был бы Баки телепатом, возможно он и смог бы прочитать, что творится в голове у Наташи в такие моменты, но на самом деле ему этого знать не хотелось. Под озарение, что совершала лишь одна лампочка, Солдат медленно начал стягивать свою одежду, поскольку до этого момента, раны будто и вовсе не жгли, а сейчас неистово завыли и пронзили болезненными ощущениями всё тело. Наконец освободившись из пут верхней одежды, солдат следил за Наташей, которая тоже особого удовольствия от высвобождения своего тела из покрытых кровью вещей была явно не в восторге. Барнс было хотел спросить, всё ли у неё в порядке, но вторая фигура в квартире быстро удалилась на кухню, оставив Баки разбираться с прилипшей из-за крови к телу одеждой. Он стиснув зубы, отодрал надетую на нём майку и издав от боли слабый стон, бросил её в сторону. Теперь его майка не годилась даже на тряпки. Позволив себе лёгкую паузу, Солдат облокотился головой о стену, закрыв глаза на мгновение, чтобы перевести дух. Бонус таких миссий был в том, что после них следует спокойный и долгий сон, позволяющий очень быстро зализать полученные раны.
С кухни послышался зов знакомого голоса. Первое слово этой ночью, которое прозвучало среди двух теней, что прошли под луной по Москве и это было его имя. Опомнившись от спокойствия, что нарушалось лишь какими-то звуками, издаваемыми за окном, Баки с голым торсом вышел в дверной проём, где оказался окутан своеобразной профессиональной заботой, от своей рыжей собеседницы. Что примечательно, хоть в квартире тепла было не так уж и много, после мороза холодно вовсе не было.
-Пожалуй, спорить не буду. - Согласился с утверждением спутницы Барнс. Ему доставляло некое удовольствие, что она беспокоится о нём. Когда ты постоянно тренируешься лишь убивать и устраивать диверсии, а из чувств от других людей получаешь лишь страх, человеческое тепло появляется в твоей наполненной чужой кровью жизни, словно островок чего-то дикого и неизвестного, зато такого необъяснимо приятного и тёплого. К слову, Баки сделал бы тоже самое и для Наташи не задумываясь, не только из-за мотивов совместной работы, они с лёгкостью отбрасывались во второй ряд, когда дело касалось милой рыжеволосой девушки, что не так давно устраивала прощание целой куче людей с их жизнью, а уже сейчас готовилась помочь своему напарнику. Наташа тем временем сделала все приготовления, оборудуя свой операционный стол и указала Баки на табурет. Взгромоздив своё тяжёлое тело на деревянную поверхность, солдат медленно бросил взгляд на Вдову, что бережно завязывала волосы. Он проигнорировал её замечание, касающееся его подражанию сонной черепахе в плане свершения передвижений по квартире и когда она села напротив него, нежно провёл тёплой ладонью своей живой руки по щеке, бросив взгляд на её разбитую губу. - Вижу тебе тоже досталось, а я уже стал переживать, что они все целились в меня. - Мягко улыбнулся Баки, дабы боль, которая вскоре без стука потревожит его плечо, не проявилась в его выражении лица и он выглядел совершенно спокойным, как всегда.

Отредактировано Bucky Barnes (2016-06-09 01:11:27)

+2

4

- Не один ты из нас двоих получаешь тумаки, забыл? – резонно, но устало заметила Романова, изо всех сил стараясь не податься навстречу ласковому, такому нужному сейчас прикосновению. И почему она становится такой сентиментальной, когда тело покидают последние остатки сил? Или, может быть, всё дело вовсе не в силах? Наташа жмурится, моргает и снова глядит в темные глаза напротив. Не улыбается в ответ, ведь знает, что прячет за своей улыбкой Джеймс. Боль. Русская с трудом понимает, зачем коллега до сих пор силится обмануть её, ведь они работают в тандеме достаточно давно, чтобы мочь доверять друг другу. Рыжеволосая мысленно стряхивает с себя это наваждение, не желая больше смаковать его. Наверное, она слишком многого хочет. И многое успела себе надумать. Это слишком глупо и по-девичьи, а ведь ей уже больше тридцати лет. Впрочем, возраст не так важен, особенно если ты профи убийца и агент, способность к старению которого уже давно улетучилась.
Девушка медленно, не боясь, тянет руку к лицу брюнета, смотрит внимательно, путается пальцами в отросших прядях. Такой податливый в руках Наташи, в такие минуты так точно. Мягко оттягивая за волосы в бок, молчаливо просит склонить голову, дабы внимательнее рассмотреть яркий след синяка, что остался у Солдата под глазом. Наверное, самое легкое за сегодняшний день «ранение», а с остальными только предстоит разобраться. Нат невольно задумалась, зачем она сейчас тянет время? Взять в руки бинты, спирт и иглу, зашить, наложить повязку и наконец-то провалиться в желанный сон, где не присниться ничего, кроме фальшивых и чересчур ярких воспоминаний.
- Тебе идет этот оттенок фиолетового, – она легко и беззлобно усмехается, приподняв саднящий уголок губ и невесомо касаясь прохладной кожи прямо под синеющим фингалом. Высказав короткий комплимент, Наталья убирает руки от идеального убийцы и поднимается со своего места. Обойдя Джеймса и еще раз оценив беглым взглядом рану на лопатке, первым делом расстегивает молнию на своем костюме и стягивает его на половину, оставляя верхнюю часть болтаться где-то в районе талии. Поправив тёмный топ, приглядывается к своему небольшому арсеналу.
Сложенный кусочек влажного бинта бережно скользил по коже мужчины, аккуратно собирая всё алое и засохшее вокруг ранения. Сколько раз Наталья уже делала подобное? Часто. Этому в Красных Комнатах учили с ранних лет. А еще тогда не рассказывали о том, что есть обезболивающие. Впрочем, сейчас их нет. Поэтому Романова смачивает другой кусок бинта водой и спиртом, принимаясь аккуратно обрабатывать края раны. Наверняка это щиплет. Нет, совершенно точно щиплет. Не жжет, ибо девушка не использует спирт в чистом виде.
- Сейчас будет больно, – предупредила русская, беря в руки обеззараженную иглу с нитью и склоняя свою голову так, чтоб хоть какой-то свет падал на подвергаемую домашней операцией кожу. Первые стяжки всегда даются нелегко, но рыжеволосая действует уверенно, её руки не дрожат, а голова не кружится от одного вида алеющего человеческого мяса. Ей, наверное, дай в руки пилу и пусти людям конечности ампутировать, и глазом не моргнет. Хотя, нет, всё не настолько плохо. Свои пределы есть у каждого.
Наложив последний шов, шпионка шустро и со знанием дела организовывает перевязку и без лишних слов принимается дезинфицировать и отмывать от грязи и крови остальные, менее опасные царапины и ссадинки. Меньше минуты уходит на то, чтобы принести из шкафа соседней комнаты обычную мужскую безрукавку. Наверняка она будет большой для Барнса, но это лучше, чем ничего. Всё же в квартире достаточно прохладно, да и прикрыть надо израненное тело.
- Вот, надень, – Романова отдает в руки брюнету предмет одежды, а сама думает, что ей наверняка придется облачиться в то же самое, ибо других вариантов щедрое начальство не предоставляет. Но это потом, а сейчас ей и самой не помешала бы элементарная медицинская помощь.
Отвернувшись от своего напарника, шпионка принялась собирать грязные, отдающие спиртом бинты, кидая их в потрепанный пакет, который завтра же нужно будет выбросить на ближайшую помойку. Только теперь тело в полной мере дало понять, насколько здесь прохладно, под кожей пробежали крупные мурашки, заставляя кротко вздрогнуть. Скорей бы расквитаться с этим крайне необходимым медицинским дерьмом и запутаться в колючем одеяле без пододеяльника.
- Надеюсь, ты поможешь мне? – вновь прозвучало среди тишины, и Нат как-то неуверенно подтянула к себе свободную табуретку, стараясь не поднимать взгляд на темноволосого и не морщиться от скрипа ножек о старый деревянный пол. Надеяться на чью-то еще помощь, кроме помощи Джеймса, сейчас не приходилось. Впрочем, девушка могла бы попробовать помочь сама себе, ведь Солдат в сегодняшней миссии сделал больше, а значит, и больше устал.

+1

5

-Жаль. - Барнс всё ещё пытался шутить. - Я то надеялся, что наши противники джентльмены и не позволили бы себе поднять руку на девушку. - Неловко, но всё же лучше, чем томное молчание, кое обычно и происходит в любое другое время. Единственный напарник, который мог сработаться с Баки был Стив Роджерс. С тем самым Баки, что отлично разбирался в женщинах и который превратился в нового, что отлично разбирается в убийстве, шпионаже и диверсии. Для идеальной боевой единицы сложно подобрать человека в напарники, однако Наташе удавалось соответствовать всем необходимым и таинственным требованиям, которые позволяли создать мощный тандем, выполняющий поставленные задачи в срок и с минимальными потерями. К слову, потери в основном лишь оставляли след на коже и боль на пару часов или вечеров, что можно назвать хорошим результатом. Прикосновение и застывший момент - приятно, если бы не было также больно. Желание поддержать остроту, сменяется на лёгкое движения в уголке губ. Можно чего угодно ожидать от Чёрной Вдовы, но Баки предпочитал видеть в ней близкого человека, нежели очередную безликую копию. Это многое упрощает и делает их общение таким тёплым. Когда настало время, Баки не подал вида тревоги. Чтобы не иметь ран, необходимо быть чем-то непробиваемым. Иногда цель настолько влиятельна, сильна, умна, или всё это вместе, что на задание посылают двух самых лучших своих кадров, а следовательно избежать удара или пули не представляется возможным. От этого у мужчины уже выработалась привычка - он приучил себя принимать ранения как должное и чем дальше, тем проще было терпеть боль. Он знал, что руки Романовой по локоть в крови и грубость им намного привычнее, знал, что мокрый бинт в них будет оставлять отметку на теле, но в тоже время чувствовал, или просто хотел чувствовать нежность, с которой его спутница совершала прикосновения. Она предупредила, что будет больно, но Зимний Солдат даже не дёрнулся, сжав зубы он продолжал неподвижно сидеть, словно ничего и не происходит.
-Не знал, что ты профессиональный хирург. - В секунду, когда боль немного отпустила и собеседница накладывала очередной шов, пробил тишину Баки. Впрочем, Джеймс в целом мало что знал о той, кто сейчас старательно делает узор на его теле, но ему и не было положено. Он не рылся в её личном деле и не задавал лишних вопросов, довольствуясь тем, что она просто на его стороне, а не пытается воткнуть в него нож, что скорее всего у неё получилось бы. Избавляясь от лишних вопросов, находится рядом было как-то даже проще, ведь задай Наташа какой-либо личный вопрос в ответ, он бы и не смог ответить, ведь вся его суть это то, что она видит на заданиях и после них, в подобной этой квартирках. Последнее движение иглой и Баки позволил себе маленькую дрожь. Дело было сделано и Барнс был очень благодарен Наталье.
-Спасибо. - Искренне промолвил Джеймс, после чего натянул на себя ещё и выданную девушкой безрукавку. Он смотрел на её быстрые движения, которыми она очищала своеобразный хирургический стол от использованных предметов. -Это меньшее, что я мог бы для тебя сделать. - Ответил девушке Баки. Мужчина повторил действия своей напарницы и создав комфортные, по-крайней мере как ему показалось, температурные условия воды, уселся рядом и принялся осматривать Наташу. Барнс часто зашивал себя сам и прекрасно знал, как оказывается другая помощь, без этих знаний было бы невыносимо тяжело. Он смочил подобие тряпки и медленно провёл по участку кожи, которая была выпачкана в крови, стараясь не касаться раны. Джеймс делал всё аккуратно, из каких соображений, он точно не знал. -Извини, если будет больно, если ты проявишь слабость, я никому не расскажу. - Промолвил он вновь улыбнувшись, парень прекрасно знал, что если бы Нат захотела, то он никому бы даже физически никому не смог рассказать. - Но кажется, мне тоже придётся тебя зашивать. - Баки взял бинт и выполнил манипуляцию, полностью промочил его. Он аккуратно провёл вокруг раны и легонько коснулся её самой. Убрав бинт к остальным, он принялся зашивать. - Никогда не давались узоры, но раз уж у меня тут особый клиент. - Баки старался действовать аккуратно, в силу своих умений и в тоже время, привычно быстро, он считал, что так проще перенести боль.  Пара мгновений и дело было сделано. Баки вздохнул глядя на заштопанную рану. - Я рад, что мы работаем вместе. - Ему не хотелось казаться сентиментальным, да он и не был таким, просто в этот момент Баки действительно чувствовал себя чуть лучше, чем обычно.

+1


Вы здесь » Marvel: Disassemble » Прошлое » [19.02.1964] Пустяк.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC